Евгений Сомов

Художник, работающий на стыке цифрового и традиционного искусства, IT-аналитик

Евгений Сомов — художник и IT-аналитик, воплощающий в себе редкий синтез логического мышления и тонкого творческого восприятия. Его личность и творческий метод — это мост между двумя, казалось бы, противоположными мирами: точной инженерией и изящным искусством. Он не выбирает между этими сферами, а обогащает одну за счет другой, создавая искусство, которое заставляет не только чувствовать, но и думать.

От IT-аналитика к художнику: Как инженерия помогает творить

Евгений, ваша биография — это уникальный сплав точных наук и изящных искусств. Как ваш переезд в Санкт-Петербург в 2013 году и работа в «Гознаке» — эталоне безупречности — помогли вам не просто совместить, а синтезировать эти два мира в своём творчестве?

Для меня Петербург — совершенный город. Его пространство воспринимается мной как сложная система: здания-фасады подобны архитектурным чертежам, водные артерии-каналы — графичным линиям, а природа — живописным краскам. Я изучаю город, анализирую его архитектуру, то, как разные времена года меняют его облик. Этот город является настоящей колыбелью вдохновения, подарившей миру огромное количество выдающихся людей. Опыт работы в «Гознаке» значительно обогатил мои представления о живописи, показывая, насколько важен баланс между творческим замыслом художника и технологиями его реализации. Мой творческий процесс основан именно на таком подходе: сначала создаётся технический эскиз, каркас будущего произведения, а затем он наполняется глубоким художественным смыслом.

Можете ли вы подробнее описать, как именно аналитическое мышление и инженерный подход трансформируются в художественный процесс? Как выглядит «декомпозиция» сложной сцены на холсте?

Придумывая объект для изображения, я воспринимаю его как физическое воплощение: разлагаю формы на сферы и другие фигуры, чтобы понять их общую геометрию и свойства. Потоки ветра и движение воды следуют физическим закономерностям, определяющим расположение мельчайших деталей картины. Мне важно понимать природу вещей и процессов вокруг, разбираться в устройстве всего, применяя полученные знания для решения творческих задач. Знание механики позволяет создавать движущиеся механизмы и интерактивные устройства, где принцип действия понятен и интересен зрителю. А понимание оптических явлений открывает возможности игры со светом и цветом, превращая обычную форму в нечто удивительное и захватывающее внимание. Я постоянно экспериментирую, исследую и пытаюсь найти необычные сочетания свойств и качеств материала, формы и пространства. Это даёт простор для фантазии, позволяя реализовывать проекты различной степени сложности и оригинальности.

Что для вас стало тем самым «щелчком» во время трёх побед в художественных конкурсах: подтверждение своего пути, неожиданное признание или что-то иное, что изменило самоощущение?

Победы — это не только признание. Это подтверждение гипотезы: что мой подход к искусству создает востребованный продукт. Тогда я стал делиться своим творчеством в социальных сетях и получать обратную связь. Эти победы в художественных конкурсах стали для меня настоящим откровением и поворотным моментом в восприятии собственного творческого пути, они дали ощущение внутренней уверенности и осознания собственной уникальности. Это стало своеобразным катализатором изменений в моей самооценке и самосознании.

Как в вашей студии сосуществуют и взаимодействуют запахи красок и логика программирования? Создаётся ли искусство в одном состоянии, а технические решения — в другом, или это единый поток?

Эти два противоположных полюса моего мироздания, кажущиеся абсолютно несочетаемыми, удивительно гармонично дополняют друг друга. Логика программирования служит надёжным фундаментом всех моих технических решений, гарантируя точность исполнения и продуманность каждой детали. Процесс создания картин начинается с интуитивного импульса, который постепенно развивается благодаря логическому анализу и планированию. Подобным образом техническое решение часто приходит внезапно, словно вспышка озарения, возникшая в ходе наблюдений за природой цвета или даже во сне.

Вы цитируете Леонардо да Винчи, говоря о «поэзии, которую видят». Как вы думаете, почему фигура художника-учёного, столь актуальная в эпоху Ренессанса, вновь становится важной в наш цифровой век?

Фигура художника-ученого снова обретает значимость в условиях цифровой эпохи, сталкивающейся с лавиной массовой генерации изображений, видео, музыки и голосов. Современным технологиям подвластно создание произведений искусства посредством сложных инструментов и алгоритмов, черпающих вдохновение в науке и исследованиях. Именно способность совмещать искусство и инженерию сделала Леонардо да Винчи символом универсального знания и творчества. Использование компьютерных программ для моделирования, визуализации научных концепций и реконструкции исторических событий выявляет схожесть методов ренессансных мастеров и современных художников-творцов. Леонардо да Винчи, изучавший анатомию, механику и оптику, применял научные знания для совершенствования художественных техник. Его интерес к изучению природы и законов физики отразился в картинах и инженерных проектах. Современные художники активно интегрируют достижения науки и техники в свое творчество. Например, использование нейронных сетей для генерации образов или работы с видео для создания живых картин — это аналогичный подход к слиянию научного метода и художественного выражения.

Работа с каким материалом — будь то цифровой планшет, карандаш или краски — кажется для вас наиболее «естественной» и почему?

Простой карандаш — это непосредственный проводник мысли в материальное воплощение. Он не скрывает ошибок, как цифровой слой, и не усложняет работу множеством оттенков. Каждый штрих карандаша — осознанное решение, каждая линия — осмысленное физическое усилие. Аскетичность инструмента раскрывает особую чистоту процесса: водишь графитом по бумаге, ощущаешь шероховатость материала, слышишь тихое трение грифа, чувствуя, как материал сопротивляется твоему намерению придать форму идее. Этот простой инструмент превращается в средство медитации, позволяя постепенно выстраивать каркас будущего образа, который потом можно наполнить любыми деталями и цветами.

Санкт-Петербург с его строгой архитектурой часто называют «городом-памятником». Как вам удаётся находить в нём новые, свежие сюжеты и избегать штампов?

Санкт-Петербург, безусловно, дал мне мощнейший импульс и научил видеть красоту в строгой форме, но для меня он скорее стал отправной точкой, нежели постоянным сюжетом. Моя практика не замыкается на городском пейзаже; я активно экспериментирую с разными направлениями, и многие мои работы рождаются не из внешних впечатлений, а из моей фантазии. Я часто отталкиваюсь от чистой идеи, конструкций, рождённых у меня в голове. В каком-то смысле, я создаю собственные миры, а затем ищу для них визуальное воплощение.

Как ваш опыт в IT-аналитике влияет на выбор тем для ваших работ? Существуют ли для вас «сложные» и «простые» сюжеты с технической точки зрения?

Мой опыт, безусловно, повлиял не только на образ мыслей, но и на арсенал инструментов. Я свободно владею современными программами визуализации, и для меня это не сложно. Что касается «сложного» и «простого» … Для меня эти категории определяются не сюжетом как таковым, а количеством взаимосвязей внутри композиции. Изобразить единичный объект — это «простая» задача. А вот создать сцену, где несколько элементов взаимодействуют по четким, но неочевидным законам — это «сложный» сюжет.

Вы говорите, что каждая работа — это «красивая формула». Что в этой формуле является константами, а что — переменными, которые вы любите менять от проекта к проекту?

Если и говорить о формуле, то она не статична, а сама является объектом исследования. Константа для меня — это стремление разобрать мир на части, а затем собрать его на холсте или в цифре. А вот всё остальное — это переменные, которые я меняю от проекта к проекту. Я сознательно пробую разные визуальные стили, чтобы найти тот самый уникальный, подходящий именно мне. Меняю материалы и техники. Я не ограничиваю себя одним направлением, потому что сам процесс этого поиска для меня и есть главное содержание творчества.

Сталкивались ли вы с непониманием или скепсисом со стороны профессионального сообщества художников или технарей из-за своего гибридного подхода?

Это неизбежная часть пути любого, кто работает на стыке дисциплин. Первое время такой скепсис действительно присутствовал. Со стороны некоторых коллег-художников мои художественные поиски порой воспринимались как несерьёзное хобби, отвлекающее от «настоящей» работы.

Если бы вам предложили создать художественный проект для крупной технологической компании, в каком направлении вы стали бы его развивать?

Я бы предложил создать серию интерактивных художественных объектов, основанных на принципе диалога между человеком и цифровой средой. Например, это могли бы быть кинетические скульптуры, которые преобразуют движение зрителей в визуальные эффекты. Ещё предложил бы создать цифровую картину, в которой каждый жест человека — это переменная, вносимая в систему, а в ответ на полотне воплощались бы эстетические формы. Такой подход превращает пассивного наблюдателя в соавтора, делая сам процесс творчества осязаемым и динамичным.

Какие современные цифровые инструменты или технологии, на ваш взгляд, обладают наибольшим потенциалом для классических художников?

Современные цифровые инструменты — это не замена кисти, а новые приборы, позволяющие исследовать неизведанные территории. Я бы выделил несколько направлений, где потенциал кажется мне безграничным. Прежде всего, это 3D-моделирование и скульптинг. Для классического художника это возможность построить виртуальный макет, изучить его под любым углом, выставить идеальное освещение и буквально «разобрать на части» до того, как реализовать объект в реальном мире. Во-вторых, цифровая живопись снимает барьер «страха ошибки». Художник может позволить себе любые эксперименты с цветом и фактурой, не боясь испортить дорогой материал. Это кардинально меняет сам процесс, делая его более смелым и исследовательским.

Какую роль в вашем творчестве играет кофе, который вы упоминаете? Это ритуал, стимулятор или нечто большее?

Для меня кофе — это скорее приятное и привычное дополнение, не ритуал. Оно не столько запускает творчество, сколько создает определенный фон, лёгкий тактильный и обонятельный якорь, который помогает настроиться на работу.

Что бы вы посоветовали молодому человеку, который, как и вы в своё время, разрывается между любовью к точным наукам и страстью к рисованию?

Прежде всего, я бы сказал: не считайте это разрывом. Считайте это уникальным преимуществом. Вам дан не конфликт, а дар — способность видеть мир одновременно в двух стихиях. Самое главное — не выбирать одну сторону и начать искать мосты. Не стоит делить себя, сила — именно в синтезе. Ищите темы на стыке: визуализируйте то, что вам нравится. Ваш путь — это не выбор одной дороги, а создание собственного, совершенно нового маршрута.

Если ваше искусство — это «тихая, вдумчивая поэзия», то о чём будет ваша следующая «поэма»? Над каким проектом вы работаете сейчас?

Моя следующая работа — это возвращение к истокам. Я работаю над проектом, посвященным Северному Кавказу, Кармадонскому ущелью — тем местам, где я бывал в детстве и юности.