Ирина Фёдорова

Ирина Фёдорова — многогранный творческий человек, сочетающий в себе таланты художника, педагога, арт-терапевта и музыканта. Её жизненный путь — это пример осознанного следования своему призванию, где филологическое образование обогатило художественную практику, а личный опыт преодоления страха «чистого листа» сформировал философию «Творить может каждый!». Её ключевая черта — это глубокая человечность и желание создавать безопасное, вдохновляющее пространство для творчества, будь то в Петербурге или в основанном ею проекте «Левитаново» в Армении, который стал настоящим мостом между культурами.

Пространство без страха: Как искусство исцеляет и объединяет людей

Ваше знакомство с искусством началось с иконописи в студии при храме. Как этот уникальный опыт, требующий особого состояния души, повлиял на ваше дальнейшее восприятие искусства и преподавательский метод?

Этот опыт заложил основу всего — и техническую, и, что важнее, философскую. Нас учили не сразу писать лики, а сначала долго и терпеливо учиться владеть карандашом, углём. Мы часами выстраивали композицию, штриховали, чувствовали форму и объем. Я помню, как мы выходили на пленэр и рисовали с натуры наш храм, статую Богородицы с младенцем, деревья, заборчик— это были не просто задания, это были уроки внимательного, вдумчивого видения. Иконопись добавила к этому понимание сакральности, внутреннего настроя. Но самая главная мысль, которую я вынесла оттуда, и которая стала моим принципом в преподавании: только через практику и усердие можно донести самое важное. Не через красивые слова о искусстве, хотя это, безусловно важный момент, а через ежедневный, иногда рутинный труд. Без усердия тут никак. Поэтому мой метод — это не вдохновение по требованию, а уважение к ремеслу. Я учу именно так: сначала мы учимся видеть форму, чувствовать линию, работать с тоном, и только потом беремся за цвет. Я стараюсь передать своим ученикам, что за легкостью акварельного мазка или сочным цветом масла всегда стоит эта школа, это умение видеть и терпение, которые мне когда-то привили в студии при храме.

Вы получили филологическое образование, но искусство всё же стало делом жизни. Было ли это осознанным решением или творчество само проложило себе дорогу? Как филология помогает вам сегодня в художественной практике?

Не могу сказать, что это было неосознанно, мне кажется, что внутри меня всегда жил художник. Бабушка рассказывала, что у нас в роду был художник-иконописец, который писал на заказ семейные иконы, а это очень тонкое, духовное искусство писать ангелов хранителей семьи. Может этот дар перешёл по крови. Однако, родители волновались о моём будущем, и я пошла на филологический факультет, выбрав для себя путь учителя, но продолжала рисовать и музыкой заниматься. Сейчас я вижу, что это был идеальный сценарий. Филологический факультет научил меня многому: владеть словом так, что меня с удовольствием слушают дети и взрослые, разбираться в литературе, истории, психологии, философии. Там я написала свои первые стихотворения, создавала на них музыку, как-то сами собой зарождались картинки и образы. Теперь, на уроках, скажем, мы не просто рисуем дерево, мы говорим о том, как его писали Шишкин и Левитан, читаем стихи про природу, слушаем и творим под классическую музыку. Для меня искусство — это единый текст, а филология дала ключ к его прочтению. Кстати, название «Левитаново» дал проекту мой добрый друг, писатель из Брянска — Дмитрий Лагутин, с которым мы познакомились на слёте молодых литераторов.

Ваш девиз: «Творить может каждый!». Как вы пришли к этой философии и что для вас является самым убедительным доказательством этой истины?

Эта философия родилась из моего собственного противостояния мифу о том, что искусство — это удел избранных. Мне и самой когда-то говорили, что это «несерьёзно». Но я увидела, что настоящая преграда — не отсутствие таланта, а глубокий страх чистого листа, который звучит в словах взрослых: «Я не умею, у меня не получится». Моё твёрдое убеждение — что творчество заложено в самой природе человека. Нужно просто дать ему поверить в свои силы, подарить тот самый первый удачный опыт, который становится ключом, который открывает внутренний потенциал. И самым ярким доказательством для меня стали мои ученики из детского центра в Армении. Дети, которые впервые робко взяли в руки кисть, всего через несколько месяцев видели свои работы на наших выставках в Русском доме в Гюмри. Эта магия преображения — от неуверенности к сияющим глазам и гордой улыбке — и есть самое красноречивое подтверждение: творить действительно может каждый. Нужно лишь создать пространство, где не страшно попробовать.

Переезд в Армению и создание художественного проекта в Гюмри — смелый шаг. Что вас вдохновило на это и какую миссию вы вкладываете в «Левитаново»?

Это решение стало для меня не просто сменой места жительства, а настоящим путешествием души. Изначально я приехала с детьми на лето, чтобы провести время с мужем, военным доктором, который был направлен сюда для службы. Я думала, что это временная глава нашей жизни — пожить пару месяцев гостьей. Но судьба, как умелый художник, внесла свой коррективы. Во время одного из походов в горы местный гид, с которым мы разговорились, обронил, казалось бы, простую, но запавшую глубоко в сердце фразу: «В Гюмри так много детей и такая нехватка учителей, которые могли бы направить их энергию. Как бы было здорово, если бы здесь появилась русская школа рисования…». Эти слова стали тем самым зерном, из которого проросла вся эта история. Вернуться обратно в Питер и просто продолжать как прежде я уже не могла. Идея обрела форму: я буквально перевезла свою домашнюю студию — мольберты, краски, всю свою творческую вселенную — из Петербурга в Гюмри, чтобы начать с чистого листа. Желающих творить оказалось так много, что вскоре проект нашёл свой дом и поддержку в стенах Русского дома. Но «Левитаново» для меня — это не просто студия рисования. Это мост. Мост между культурами, где русское искусство становится универсальным языком, на котором мы говорим с детьми и взрослыми о вечном: о красоте, добре и нашей общей человеческой истории. Это пространство, где исчезает страх перед неизвестным и рождается радость совместного творчества.

Армения обладает колоссальным культурным и историческим наследием. Как жизнь в этой стране и её уникальный свет повлияли на ваше собственное творчество? Чем армянская художественная среда отличается от петербургской?

Армянский свет — это отдельный соавтор всех моих работ здесь. Он ясный, плотный, насыщенный цветом. Если в Петербурге я писала больше сдержанные, лиричные, холодные картины, то здесь палитра взрывается яркими красками. Художественная среда в Петербурге — это академическая традиция, музейное наследие. В Армении же искусство — это часть быта, оно более эмоциональное, импульсивное. Здесь нет такого расстояния между зрителем и художником, искусство ближе к людям.

Вы работаете с детьми разного возраста и социального статуса. Есть ли универсальный ключик, чтобы распахнуть дверь в мир искусства для любого ребёнка?

Да — игра и отсутствие оценки. Я никогда не говорю «неправильно» или «красиво». Я говорю: «Интересно, а что будет, если мы добавим сюда вот этот цвет?» или «Расскажи, что ты нарисовал?». Нужно снять страх ошибки. Для ребенка важен процесс, а не результат. Когда он понимает, что его не будут ругать, а будут с интересом слушать, дверь распахивается.

Вы совмещаете роли художника и педагога. Они конфликтуют или, наоборот, питают друг друга? Где вы черпаете энергию для обеих этих ипостасей?

Они абсолютно питают друг друга. Преподавание — это неиссякаемый источник энергии. Если говорить за детей, то они своей непосредственностью, своими смелыми цветовыми решениями постоянно меня вдохновляют как художника. А мой художественный опыт позволяет мне быть не просто учителем, который даёт техники, а проводником, который может показать всю глубину и радость мира искусства.

Расскажите про формат «арт-завтраков» и «арт-вечеров». Как возникла идея совместить творчество с неформальным общением и насколько это важно для взрослых, которые, возможно, впервые взяли в руки кисть?

Эти два формата родились из одного желания — сделать искусство естественной частью жизни, но идут они разными, дополняющими друг друга путями. «Арт-завтраки» — это самое настоящее творческое свидание с самим собой и городом. Я представляла их как свободные встречи в уютных кафе Гюмри, куда мог прийти любой человек с блокнотом и карандашом. Здесь я была не педагогом, а скорее организатором и таким же участником. Царила атмосфера лёгкого творческого брожения: каждый работал в своём темпе, своей техникой, над тем, что хотелось ему. Звучали разговоры, смех, звон чашек, а результатом становились не только зарисовки в альбомах, но и обмен впечатлениями, новыми идеями и, конечно, позитивными снимками работ. Это был чистой воды праздник спонтанного творчества. «Арт-вечера» же — это более камерный и глубокий формат. Их философия в том, чтобы показать: прочный академический фундамент — это не скучные правила, а тот самый язык, на котором можно говорить легко и свободно. Здесь я уже выступаю проводником. В тёплой, почти домашней атмосфере мы погружаемся в основы композиции, работу со светом и цветом — те же принципы, что и на серьёзных занятиях, но поданные через призму удовольствия и живого общения. Это два крыла одного проекта: на одном мы парим в свободном полёте, на другом — учимся мастерски владеть инструментом, чтобы наш полёт был ещё выразительнее и увереннее.

Вы освоили множество техник — от масла до цифровой живописи. Есть ли у вас любимая? И какая техника, на ваш взгляд, самая подходящая для того, чтобы сделать первый шаг в искусстве и не испугаться?

Моя любимая — это, пожалуй, масляная техника и акварельная. Но для первого шага я всегда рекомендую гуашь или сухую пастель. Они яркие, простые в использовании, их не нужно долго готовить, как масло. Они позволяют быстро получить насыщенный цветовой результат, что очень вдохновляет новичка и не даёт ему заскучать или испугаться премудростей иных техник.

Вы работаете над серией картин с видами Армении и готовите выставку эскизов из русских деревень. Что вас привлекает в каждом из этих, таких разных, мотивов? Это ностальгия, поиск красоты в простом или что-то иное?

Это два полюса одной любви — любви к свету и подлинности. В армянских пейзажах меня привлекает эта монументальность, древность, драматургия гор и ярчайшего солнца. В русских деревнях — лирика, тишина, ностальгия по уходящей натуре, тонкие оттенки настроения. И там, и там я ищу подлинную жизнь, не приукрашенную, настоящую архитектуру, настоящие лица, настоящую историю места.

Как арт-терапевт, как вы считаете, в чём заключается целительная сила искусства? Можете ли вы вспомнить случай на ваших занятиях, когда творчество реально помогло человеку преодолеть трудность?

Для меня это очень глубокая тема, и если говорить о самой сути, то целительная сила искусства кроется не в результате — не в готовой картине, — а в самом процессе творчества. Это тот самый мост, который помогает человеку вернуться к самому себе, особенно когда слова оказываются бессильны. В пространстве арт-терапии стираются оценки «красиво» или «некрасиво», «похоже» или «непохоже». Здесь важен только процесс и личный опыт. Это территория без критики, где человек впервые позволяет себе быть любым — и через это приходит к глубинному принятию. Это и есть исцеление. Мне особенно дороги слова моей взрослой ученицы, Алёны Левыкиной: «Когда я ходила к тебе на «Арт-понедельники», они эмоционально вытащили меня из выгорания. Я помню, как на уроках всегда светились глаза. Твои уроки были радостью, я ждала их каждый раз, как свет в окне». В период сложного переезда, когда Алена была закрыта в коконе своих переживаний, наши встречи стали для нее тем самым воздухом, который помог не угаснуть её яркой улыбке. То же самое я вижу и в глазах детей из центра защиты семьи и ребёнка. Для меня огромная честь — помогать им раскрываться. Видеть их улыбки, пальчики в красках, слышать их смех… А ведь за каждым таким моментом стоит непростая история. Видеть, как искусство становится для них безопасным языком, чтобы выразить то, что болит, и найти в себе силу — это и есть самое убедительное доказательство его целительной силы.

Ваш аккаунт во «ВКонтакте» — это дневник художника и педагога. Для кого вы ведёте эти записи? Для учеников, для себя или для того, чтобы вдохновлять тех, кто только мечтает начать творить?

Вы знаете, я, в первую очередь, практик и живой человек, поэтому искренне верю в силу настоящего, личного контакта. Социальные сети — это прекрасный инструмент, но моё сердце остаётся там, в студии, где пахнет краской, слышен смех и где я могу видеть горящие глаза моих учеников. Я действительно очень мало и избирательно делюсь чем-то в сети. Всё моё рабочее время занимает живая практика — общение в учебных чатах, личные сообщения, встречи. Если же я что-то публикую, то главная цель — зафиксировать момент нашего общего роста и создать летопись успехов моих ребят. Это мой своеобразный дневник, но не личный, а профессиональный. Мне хочется, чтобы каждая публикация становилась маленькой историей о том, как преодолевают себя дети из детского центра, как взрослые ученики впервые обретают уверенность, как рождается новая картина. Это способ сказать: «Смотрите, как здорово у них получается! И у вас тоже получится». Так что, наверное, я веду эти записи и для себя — как память, и для них — как повод для гордости, и для тех, кто сомневается, — как тихое приглашение поверить в себя.

Вы постоянно учитесь новому. Что вас интересует сейчас? Есть ли техника или направление в искусстве, которое манит вас как следующая вершина для покорения?

Я не из тех, кто рвется покорять вершины — мне гораздо дороже сам путь. Плавное, осмысленное движение, в котором важно успеть почувствовать каждый момент. Сейчас я открываю для себя цифровую живопись и графический планшет. Это удивительно — как классические законы композиции и света, которые я так ценю, начинают играть по-новому в digital-пространстве. Мне нравится это ощущение диалога между традицией и современными возможностями. Из больших, но неторопливых планов — конечно, развитие «Левитаново». Мечтаю со временем открыть студию в Петербурге — в Армении я не навсегда, тянет домой. Но ещё больше я думаю о тёплых, семейных проектах: возможно, о курсах для мам с детьми, где творчество становится общим языком. Или о книге — не строгом учебнике, а скорее личном дневнике с находками и открытиями, где я могла бы делиться не техниками, а больше вдохновением. Ну и конечно, о выставках — тех самых, камерных и искренних, где можно показать не только готовые работы, но и сам процесс, эскизы, дорожные зарисовки… Всё, что составляет жизнь художника. Главное — идти в своём ритме и не забывать, зачем всё это началось.

Ваш день рождения — 10 сентября. Это время подведения итогов и планирования. Какие главные творческие цели вы ставите перед собой на следующий год?

Во-первых, завершить и представить публике серию картин с видами Армении. Во-вторых, организовать не просто выставку эскизов из русской деревни, а полноценный передвижной проект. В-третьих, развивать «Левитаново»: привлечь больше детей из отдалённых районов, может быть, издать небольшую методичку моей программы для других педагогов, провести обмен опытом среди педагогов изобразительного искусства в Армении, это тоже очень важно. В-четвёртых, не забывать, что я ещё и музыкант-песенник, и жизненно необходимо дописать альбом сказочных песен, который мы пишем с моей группой «Канитель», кстати, мы будем рады новым слушателям на яндекс музыке.

И традиционный вопрос для нашего журнала: если бы вашу жизнь и творческую философию можно было бы описать одним художественным произведением (картиной, музыкой, книгой), что бы это было?

Это, наверное, была бы картина Исаака Левитана «Над вечным покоем». Потому что в ней есть и мощь природы (как в армянских пейзажах), и лирика, тихая грусть по родной земле (как в русских деревнях). Но главное — в ней есть этот бесконечный, вечный диалог между маленьким, хрупким человеческим миром (деревенская церквушка) и огромным, величественным небом. Именно этому я учу: человек мал, но через искусство он может прикоснуться к вечности и величию, найти в этом своё место и свой покой.

Фотографии предоставлены героем публикации.
Фотограф: Галина Кожемяченко