Надежда Воронцова

#скетчинадин: как любовь к наброскам объединила мир

Надежда Воронцова – талантливый художник из Санкт-Петербурга, выпускница знаменитой Академии художеств им. И.Е. Репина. Ее творчество балансирует на стыке академического рисунка, печатной графики и живописи, а ключевой темой является исследование человеческой телесности и уязвимости. Надежда является автором международного проекта #скетчинадин, а ее работы украшают частные коллекции по всему миру.

Надежда, что для вас означает эстетика академического рисунка, и почему она стала основой вашего творчества?

Эстетика академического рисунка легла в основу моего творчества. Мне интересен человек. Имея образование Академии Художеств, я постоянно ищу идеальное изображение, думаю, как изобразить фигуру человека, портрет. Для меня важно разобрать человека с точки зрения анатомии, посмотреть, какой он. И благодаря школе, академизму я вижу человека с этой точки зрения.

Перед собой вы ставите нелегкую задачу – уловить суть портретируемого. Что помогает понять каждого человека и раскрыть его уникальность?

Я обращаю внимание на детали: одежду, цвет волос и глаз, настроение модели и свое – это все взаимосвязано. Под каждого человека, под каждую натуру, модель я подбираю свои материалы.

Искусство быстрого рисования: какие преимущества оно дает при передаче характера или настроения модели?

Преимущество в том, что я могу за считанные минуты схватить, уловить силуэт, поймать характер, почувствовать человека, пропустив через призму своего восприятия. Безусловно, как бы я не нарисовала, каким бы ни было сходство, я так вижу конкретного человека, именно в таком образе.

Какие особенности, детали или, может быть, внутреннее состояние вы считаете наиболее значимыми при создании портретов?

Глаза и руки, элементы одежды, украшения. Например, необычный орнамент или белая сережка, спрятанная в темных волосах. Детали добавляют вкуса. Зрителям становится интересно всматриваться в портрет. Мне нравится переплетение дополнительных элементов, которые связывают художника, модель и зрителя.

Бывает ли так, что через портреты вы знакомите человека с самим собой? Что говорят те, кого вы пишете, когда видят себя на холсте?

Люди по-разному реагируют. Одни узнают себя, другие – нет. Художник может видеть модель совершенно иначе, и это нормально – призма восприятия у каждого разная. Большую роль играет еще любовь к себе. Человек может быть невероятно красив, может постоянно делать косметические процедуры, но, несмотря на это, он может себя не принимать, хотеть видеть по-другому, более привлекательным. Но что значит «быть более привлекательным» для него самого? На свои работы я получаю совершенно разные отклики. Стараюсь воспринимать даже негативные. Есть те, кто говорит: «Еще ни один художник меня не нарисовал так, чтобы я была похожей или себя узнала». Ни один и не нарисует так, чтобы человеку понравилось, потому что тот уже запрограммировал себя на отрицательный результат. Художнику сложнее передать детали портрета, чем фотографу. Легче писать близких, потому что они больше узнаются, мы видим их ежедневно, в разных позах, движениях. Близость дает многое в создании портрета.

Более пяти лет вы занимаетесь проблематикой телесности и уязвимости. Какие личные переживания вас вдохновляют на это исследование, что вы хотели бы донести до зрителя, какую реакцию вызвать?

Важный вопрос. Личный. Он о принятии себя, например, через тело. Я еще больше принимаю себя, переношу на свои ощущения, мое тело. Я нахожу красоту в любом теле и помогаю увидеть ее моим моделям. В каждой женщине есть что-то, что она не любит в себе. И мне хочется передать через рисунок, живопись, что каждая частичка тела невероятно прекрасна и обворожительна. Это про заботу о себе, любовь к себе, тепло и принятие себя.

Интересно, что вы работаете на стыке печатной графики и живописи. Как находите баланс между такими разными техниками?

Я не задумывалась об этом, пока мою ученицу ее знакомая не спросила: «А кто такая Надежда Воронцова – график или живописец?». Как правило, художник сильнее проявляет себя в какой-то одной технике, а я равным образом люблю как графику, так и живопись, стараюсь совмещать их. Веду работу параллельно. На неделе стараюсь уделить внимание и графике, и живописи – разминаю руку, постоянно работаю с цветом, будь то в мастерской или дома. В живописи я остро чувствую паузы, в графике – нет.

Вы живете и работаете в Санкт-Петербурге. Как детство и юность в культурной столице повлияли на ваше восприятие искусства и творческий путь?

Я родилась в Ленинграде. Через несколько месяцев после рождения мама меня увезла на Урал в Свердловскую область в Североуральск, где я прожила 20 лет. После я вернулась в Санкт-Петербург с целью поступить в Академию Художеств имени И.Е. Репина. Сейчас я живу в Петербурге, изредка езжу домой. Культурная столица на мое восприятие не повлияла, но когда я приехала в Петербург, я постаралась наверстать все упущенное, то, чего не было – постоянно посещала театры, оперу, балет, ходила на выставки.

Вы окончили Академию художеств им. И.Е. Репина. Поделитесь воспоминаниями о студенчестве?

Академия Художеств – храм искусств. Такая большая, мощная школа! Именно здесь воплотилась моя мечта – рисовать с утра до вечера. Я хотела учиться именно здесь благодаря учителям. До этого я пять лет училась в колледже искусств в Краснотурьинске, год в РГПУ им. А.И. Герцена, готовилась к поступлению в Академию Художеств им. И.Е. Репина. В Академии было прекрасно. Здесь появились друзья на всю жизнь. С ребятами мы до сих пор встречаемся, ходим на выставки. Академия – это приятные воспоминания, путешествия, пленэры, волшебные годы обучения.

Вас дважды награждали медалью за первое место в конкурсе «Лучшие наброски и зарисовки» от Академии Художеств им. И.Е. Репина. Помните, какие работы представляли, и как над ними работали?

Мне было важно участвовать в выставке, поскольку к наброскам я отношусь крайне серьезно. Это часть моего творчества, как и живопись, и литография. Получить медали за наброски приятно, ответственно, и тогда я почувствовала еще больше ценности в своих работах. Представляла детские, женские портреты, портрет сына – как раз перед защитой диплома. Вторая медаль для меня была важнее, поскольку я возвращалась в мир искусства после декретного отпуска, мне было необходимо почувствовать, что я могу, я вернулась после длительной паузы. Но на втором награждении я, честно, присутствовать не смогла – готовила в это время дома борщ и сидела с ребенком. Мне было очень приятно! Но в моменте я хотела побыть с семьей. Признание, безусловно, важно, но иногда ты выбираешь семью, а затем уже общественные, официальные моменты.

Наверняка за годы учебы вы посетили сотни выставок. Какие произведения или художники оказали на вас наибольшее влияние?

Наибольшее влияние на меня оказали Валентин Серов, Михаил Врубель, Густав Климт. Многим известен Густав Климт как шикарный живописец, но я открыла его для себя как классного рисовальщика, с великолепными набросками, зарисовками. Однажды я зашла в книжный магазин и натолкнулась на подарочное издание, в котором были представлены наброски Климта, и просто не смогла пройти мимо. Я приобрела эту книгу и теперь с большим восхищением листаю ее, смотрю. Многие художники формируют мою насмотренность и влияют на его позиционирование, на то, как видит художник себя и свои работы.

Сегодня вы – автор международного проекта по наброскам #скетчинадин. Как возникла идея создания, и чем этот проект особенен?

Идея возникла в 2019 году. Мне очень хотелось создать что-то, над чем я готова работать бесплатно. В целом по сей день проект держится на моем альтруизме, на любви к наброскам, рисованию. Марафон #скетчинадин – это ежегодная история с различными мероприятиями и итоговой выставкой победителей. Проект объединяет скетчеров со всего мира.

Замечаете ли вы культурные различия в работах участников из разных стран?

Да, действительно, они есть, например, отражаются в национальных мотивах в одежде. Художники разные, но всех объединяет любовь к быстрому рисованию, наброскам. И это отчетливо видно на выставке.

Полтысячи ваших работ находятся в частных коллекциях по всему миру. Легко ли расставаться с картинами?

Каждую работу я люблю, но с каждой легко прощаюсь. Чем быстрее я пойду дальше, тем быстрее ко мне придут новая идея, новый мотив. Я стараюсь не зацикливаться на работах, отдаю их в галереи, продаю. И наброски, и живопись, и эскизы находятся в разных частях света. Бывают редкие работы, с которыми я еще не готова расстаться. Например, в том году я писала акварель с петушками, оформила ее и поняла, что пока не готова выставлять ее на продажу. Прошел год и сейчас я планирую выставить ее на продажу. Я на нее насмотрелась, впитала красоту и готова отдать картину в другие руки.

Как в вашей практике со временем меняются представления о красоте и выразительности? Есть некоторые изменения в моем восприятии, поскольку большое внимание сегодня я уделяю контемпорари в живописи. Здесь акцент не на технике, а на ощущениях и впечатлениях. Они могут быть страшными, пугающими и при этом красивыми. Сейчас мои ощущения красоты сдвигаются. Я стараюсь сохранить академизм, даже выбирая современные темы, стилизуя работы, но красота уже не является важной частью для меня.